пятница, 30 августа 2019 г.

Психологический детектив. "Возможно но только возможно"

Глава 7 
Человеческой жизни 
- "Брак, если уж говорить правду, 
зло, но зло необходимое" 
- Сократ 
Виктор Сергеевич и Федя сидели в кабинете. Допрос прошел, как и предполагалось, нет никаких доказательств виновности подозреваемого. Виктор Сергеевич пытался найти связь между убитыми. То, что убийца один, уже перестало быть вопросом, а стало аксиомой. Но какой мотив? Чего он добивается? Следователь не мог принять простого оправдания, что маньяк безумен и просто бегает по городу и убивает ни в чём неповинных людей. Прагматичность и безукоризненность убийств доказывает, что маньяк действует не сразу, следит за жертвой, изучает каждый её шаг, находит уязвимые места…
- Ну не верю я, что всё так просто! – неожиданно для себя сказал Виктор Сергеевич. 
Федя, который всё это время регистрировал протоколы, слегка вздрогнул от неожиданности. 
- Ты мне? – спросил он, поправляя волосы. – Прости, я не слушал. 
Виктор Сергеевич решил рассказать Феде о своих сомнениях. 
- Слушай, Федь. Я хотел бы поговорить о сегодняшнем задержании. 
- Слушаю, - Федя аккуратно положил ручку на стол и внимательно посмотрел на Виктора Сергеевича. 
- Почему ты мне не подыгрываешь? – этот вопрос вызвал у Феди неоднозначные чувства. 
- Прости Вить, я просто не сразу понял. 
- Ну что непонятного? – чуть ли не выл Виктор Сергеевич. – Ты же следователь, в конце концов, должен понимать с полуслова! А если бы ты один был на задержании, в лоб-бы вопросы задавал? 
- Так, Вить, к чему ты это вообще? – Федя говорил громко и чётко. – Я вообще не знал, что ты задумал. Ты же говоришь загадками! Предупредил бы сразу на входе, чтобы я подыграл. Тем более это ты резину тянул, пока я работал. 
Виктор Сергеевич замолчал. Может, не стоило строить из себя детектива и просто заниматься своей работой? Но следователь не имел права спугнуть возможного подозреваемого, задавая в лоб прямые вопросы. Федя снова сел за заполнение бумаг, забыв о разговоре. Иногда Виктору Сергеевичу казалось, что Федя не годится ему в товарищи. Они слишком разные, будто с разных планет. Единственное, что связывало их – это профессия, долг перед Родиной, и больше ничего. Никаких дружеских отношений Виктор Сергеевич так и не смог наладить. 
- Ты прости, если что не так, - после долгих раздумий сказал Виктор Сергеевич. – Просто я не могу выкинуть из головы это дело. Просто не может всё быть так гладко! Должна быть хоть какая-то зацепка, хоть какой-то мотив. 
- На счёт зацепок, оставь это криминалистам, а мотив есть. 
- Какой? – усмехнулся Виктор Сергеевич. 
- Я не знаю, - Федя не отрывался от документов. – Может просто людей не любит. 
- Это не мотив, - Виктор Сергеевич уставился в стену. – Если бы он просто не любил людей, то не стал бы так заморачиваться. Вот что это может быть, ума не приложу! 
Разговор прервал громкий звук телефона. Федя быстро поднял трубку и сказал заученную фразу: 
- Следственный комитет, капитан Петров, слушаю, - Федя внимательно выслушал, встрепенулся, а затем продолжил. – Понял, сейчас отправлю. 
Он положил трубку и обратился к Виктору Сергеевичу. 
- Вить, тебя криминалист вызывает. 
- Это по поводу трупа? Ты ведь за него отвечаешь, почему меня вызывают? 
- Я без понятия, - Федя снова занялся бумагами. – Тем более мне ещё отчёт составлять. Сказали, ты нужен. 
- Чёрт возьми, - выругался следователь, надевая пальто. – Ладно, скоро вернусь. 
- Давай, - без эмоций ответил Федя, не отрываясь от работы. 
Виктор Сергеевич чувствовал себя ужасно. Всё шло наперекосяк, разногласия с коллегой, никаких улик и зацепок, и каждый день новые проблемы! Следователь за свою карьеру привык к затяжным делам, но никогда не было такого, чтобы убийца не оставлял ни одного следа. Ни кусочка кожи, ни небрежного плевка, даже случайного отпечатка. Однако криминалист мог прояснить некоторые вопросы, поэтому Виктор Сергеевич немного успокоился, хоть совершенно не хотел к нему ехать. Но следователь знал, что рано или поздно маньяк совершит критическую ошибку, которая его и погубит. Вот только когда… 
На улице было довольно тепло, что обрадовало Виктора Сергеевича. В такую погоду он любил гулять по парку с женой, вот только времени на это не хватало. Он снова задумался о том, что давно не устраивал никаких прогулок или посиделок. Да, недавно у Ангелины Викторовны был день рождения, но тогда праздник был только номинально, без друзей, без развлечений. Виктор Сергеевич понимал, что сейчас нет времени на развлечения, но эта мысль засела у него в голове и не отпускала. «Почему бы и нет?» - подумал он и сел в машину. 
*** 
- Добрый день, - поздоровался Доктор с открывшим дверь Таниным отцом. – Вы Алексей Витальевич Краснов? 
Танин отец был явно пьян. Держась грязной рукой за косяк двери, он злобно посмотрел сначала на Таню, потом на Доктора и пробубнил, заплетающимся языком: 
- А кто спрашивает? 
- Семён Семёнович Семченко, - протянул руку Доктор. – Я психолог Вашей дочери. 
Сердце Тани колотилось с неимоверной скоростью. Она не могла поверить, что всё это происходит наяву. Ей казалось, что отец может выйти из себя каждую секунду, однако тот, на удивление, оставался спокойным. 
- Какой нахрен психолог? – раздражённо спросил он. 
- Частный. Могу я войти? 
Доктор попытался проскочить внутрь, но Краснов остановил его. 
- Так, я не знаю, чё тебе надо, - он занял весь дверной проём. – Но лучше вали отсюда, пока цел. 
- К сожалению, я настаиваю, - Доктор сунул руку в пальто и вытащил оттуда бутылку водки. – Может, это изменит Ваше решение? 
Таня полностью окаменела. Она не знала, где Доктор держал эту бутылку до сих пор, но представляла реакцию отца. Таня даже не знала что хуже, если её отец спустит Доктора с лестницы или если примет предложение и напьётся до чёртиков. Краснов сглотнул подступившую слюну, аккуратно, как младенца, взял в руки бутылку, и чётким голосом без каких-либо дефектов сказал: 
- Ну проходи. 
Доктор решительно вошёл в квартиру, и Таня тихо проследовала за ним. Вслед за хозяином квартиры они прошли на кухню, Краснов поставил на стол две рюмки и вскрыл бутылку. 
- Ну чё, психолог, - наливая первую рюмку сказал он. – Давай по первой. 
Они чокнулись рюмками и осушили их до дна. Танин отец занюхал алкоголь рукой, когда на Доктора он будто совершенно не подействовал. 
- Не будем сидеть в тишине, - сказал Доктор, размяв пальцы. – У меня к Вам есть пара вопросов. 
- Без проблем, - переходя на крик сказал Краснов, наливая вторую рюмку. 
- Ваша дочь обратилась ко мне за помощью, думаю, Вы догадываетесь почему. 
- Не догадываюсь, - он стал более раздражённым. – С чего же это? 
- Она не получает от Вас никакой поддержки, - начал Доктор, но Краснов прервал его криком. 
- Это я-то не даю поддержки? Да она просто тварь неблагодарная! Я, значит, пашу круглые сутки, работаю, а она, дрянь, ещё и жалуется! 
Таня, которая всё это время стояла в дверном проёме, непроизвольно сжалась. Она чувствовала себя виноватой, хоть и знала, что всё сказанное её отцом – ложь. Доктор не сдавался, подлив Краснову ещё одну рюмку. 
- А где Вы работаете? 
- Да тут в магазине местном уборщиком. За гроши… 
- У вас же была хорошая работа, почему Вас уволили? – напирал Доктор. 
Краснов осушил очередную рюмку, вытер выступившую испарину и ответил: 
- Да всё чиновники, суки! – он стукнул кулаком по столу, от чего Таня подскочила. - Типа зарплаты чтобы не снижать решили увольнять всех без разбора. Вот меня по первой волне и скинули. Спасибо хоть по собственному дали уйти, а то бы я вообще нигде бы не устроился. 
- Знаю, сам под это попал, - ответил Доктор. – Только вот Ваша дочь утверждает, что от Вас денег не получает. 
- Ну нихрена себе! – с удивлённым смехом развёл руками Краснов. – Я жене больше половины всегда отдаю, чтобы с голодухи они не подохли. Да лучше уж сдохли бы, чем на меня бочку гнать! 
- А я могу с ней поговорить? – спросил Доктор. 
- Конечно, - Краснов уже был навеселе. – Лена!!! Сюда иди! 
Из другой комнаты послышались быстрые тревожные шаги. Таня еле успела отскочить в сторону, чтобы мама не натолкнулась на неё. Она была в крайне плачевном состоянии, мешки под глазами, трясущиеся руки. Видимо, ей сильно досталось после исчезновения Тани. 
- Здравствуйте, - с фальшивой радостью выдавила она, увидев Доктора. 
- Доброго дня, - ответил он и встал со стула. – Меня зовут Семченко Семён Семёнович, я психолог Вашей дочери. 
Танина мама с ужасом посмотрела на Таню, потом на Доктора. 
- Какой психолог? 
- Частный. Мне надо задать пару вопросов. 
Она стояла в нерешительности, будто в чём-то виновата. Доктор сразу понял, в кого пошла Таня. 
- Ваш муж говорит, что даёт Вам деньги, это так? – сразу задал вопрос Доктор. 
- Да, конечно! И много, как в любой нормальной семье! 
- Вот видал! – гордо рявкнул Краснов, опрокидывая рюмку. 
Доктор недоверчиво посмотрел на Таню, которая боялась участвовать в процессе. 
- Покажите мне Ваши деньги, - чуть ли не скомандовал Доктор. 
- Э, слышь, - остановил его Краснов. – Мы тебе ничего не должны, понял! 
- Я просто хочу удостовериться, что у Вас всё в норме и Ваша дочь может спокойно вернуться домой. 
- Да пусть валит на все четыре стороны! – крикнул её отец. – Нужна она очень. 
- Тогда ладно, - Доктор без колебаний вскочил со стула. – Мы уйдём, и Таня никогда не вернётся домой. 
Он уже направился к выходу, когда Краснова остановила его. 
- Подождите! Не уходите! Я покажу… 
Она пропала на минуту в другой комнате и вернулась обратно с пачкой тысячных купюр. Таня оцепенела. Никогда в своей жизни она не видела так много денег в руках своей матери. 
- Это половина месячной зарплаты? – спросил Доктор и она кивнула. 
Доктор посмотрел на Таню, будто подталкивая к действиям. Она же стояла в шоке, не зная, что сказать. Внутри Тани кипело какое-то чувство, которое она до сих пор не чувствовала. Это была не печаль, не чувство беспомощности. Это была чистая и откровенная злость, готовая вырваться в каждую секунду. 
- Мама, - тихо сказала она. – Откуда у тебя столько денег? 
- Твой папа дал! Он всегда с получки отдаёт немного денег. 
Краснов попытался возразить, но Доктор заткнул его новой стопкой. 
- А почему ты мне не давала денег? 
- Я давала! – возражала мама Тани. – Тысячу на месяц вполне хватит. Вот я в твои годы тоже много не получала, но жила как-то! 
- Какую тысячу? Ты мне от силы пятьсот давала. Мама, я голодала, - голос Тани стал удивительно громким, будто прорвался через невидимую преграду. – Я с голоду умирала, мама! 
- Не преувеличивай! – нежно улыбнулась она и попыталась погладить Таню по голове. 
И в этот момент в голове Тани что-то переключилось. Вместо того чтобы всеми фибрами души тянуться к теплу единственного человека, которого она любила, она резко ударила мать по руке. Краснова отстранилась от дочери, с ужасом посмотрев на неё. 
- Ты что? – обиженным голосом спросила она. – Я же на тебя все годы истратила, последние гроши отдавала! 
- Это гроши?! – Таня указала на стопку денег. – Вот это ты мне отдавала?! Да я на мелочи уже неделю живу! Мне на еду не хватает, мама!!! 
К своему удивлению Таня заметила, что кричит на мать. Она себе никогда не позволяла такого поведения, но сейчас не могла остановиться. 
- А домашней еды тебе не хватает? – спросила её мать. – Или тебе по ресторанам надо рассекать? 
- Кстати о еде, - вмешался Доктор. – Я закуску поищу, а то пить не с чем. Не возражаете? 
Танина мама попыталась возразить, но Краснов просто махнул рукой и она замолчала. Краснова с ужасом наблюдала, как Доктор доставал из холодильника полуфабрикаты, магазинные салаты и тонны алкоголя. Таня не верила в происходящее. Она редко лезла в холодильник, потому что большее время на кухне проводил её отец. Но обычно она не находила ничего, кроме кусочка старой колбасы или пол выпитой бутылки молока. Мать ей никогда ничего такого не давала, если не говорить о том, что она вообще никогда не накрывала на стол. 
- Что это?! – взвизгнула Таня. – Откуда?! Это же… денег стоит… Мама, откуда это?! 
- Купила, пока тебя дома не было, - с дружелюбной улыбкой сказала она. – Думала, вернёшься, устроим праздник! 
- Эх, уже неделя этому салату, - громко констатировал Доктор. – Просроченный. 
Таня не знала что делать. Она чувствовала себя ужасно, будто тысячи игл жалили её мозг, перемешивая всё, что она знала о родных. 
- Мама… да как же ты… 
- Что? – наивно удивилась Краснова. – Я тебе отдавала всю свою любовь и заботу и всегда была на твоей стороне. 
- То есть когда ты мне отдавала копейки, говоря, что это вся твоя получка, ты ко мне заботу проявляла? 
- А где вы работаете? – перебил Таню Доктор, но ответ получил от отца Тани. 
- Да нигде она не работает, дома на жопе сидит, хренью занимается. Хоть бы работала где, а то только у меня попрошайничает! Как ни приду, телек смотрит, что-то жрёт втихаря, под подушку прячет. Или музыку тупую на полную включит, только если я скажу, выключает. Соседи постоянно жалуются, хоть меня побаиваются. 
- Так ты просто мне мелочь скидывала, а остальное себе забирала? Почему ты от меня это скрывала?! 
- Слушай, Танечка, - Краснова снова попыталась взять её за руку, но неудачно. – Когда ты вырастешь и у тебя будет своя семья, ты поймёшь, как же сложно всё держать в порядке. 
- Что держать в порядке?! – у Тани началась настоящая истерика. – Дом убираю я, вещи стираю я, а что ты делаешь?! Ты не готовишь, не работаешь! Чем ты лучше… его?! 
Таня указала на своего отца. Тот попытался встать, чтобы испугать Таню, но алкоголь оказался слишком крепким и не дал ему это сделать. Доктор повторил процедуру успокоения и после нового стаканчика Краснов утихомирился. 
- Я твоя мать! – возмущённо сказала она. – Я тебе дала жизнь, а ты на меня отвязываешься?! Ты мне должна быть благодарна за свою жизнь! 
- Да мне нахрен такая жизнь не нужна!!! – голос Тани стал таким громким, что раздался эхом. 
Она развернулась и пошла в свою комнату, громко хлопнув дверью. Доктор усмехнулся улыбкой маньяка и сказал: 
- А теперь мы поговорим с Вами нормально, тет-а-тет. 
*** 
Виктор Сергеевич был рад застать криминалиста одного. Лишние уши ему были совершенно не нужны, даже если они не могут слушать. Приветливая улыбка мужчины вселила в следователя надежду на лучшее. 
- Ну что, у меня есть две новости, хорошая и плохая, - начал криминалист. – С какой начать? 
- Давай с хорошей, - Виктор Сергеевич был в нетерпении. 
- Итак, осмотр трупа показал, что была борьба. Под ногтями жертвы нашли клочки тёмного волокна, скорее всего утеплённое пальто. На шее след от удушения, там же кусочки чёрного кожзаменителя. Видимо, нападавши был в перчатках. На кошках был найден тот же кожзаменитель. Ещё одна вещь, может незначительная, но кто знает. Кошки были отравлены мышьяком. 
- Вот это полезная информация, - следователь воспрянул духом, может, не всё потеряно. – А отпечатки, следы кожи? 
- Ничего, - констатировал криминалист. – Хоть убей, ничего! Мне кажется, что он работает в полностью закрытом костюме, потому что по-другому я не могу объяснить, что следов нет. Он будто даже не дышит на жертв! 
- Понятно, - Виктор Сергеевич не унывал, ведь он получил хоть какую-то зацепку. 
- А теперь плохая новость, - продолжил криминалист, чем удивил Виктора Сергеевича. – Он точно знает, что делает. Преступник точно знал куда надавить, чтобы жертва умерла быстро. Значит, он будет ещё более аккуратен в следующий раз. 
- Давай не будем об этом, - остановил его Виктор Сергеевич. – Поймаем его, никуда не денется. 
- К слову, я тут вспомнил кое-что. Лет пять назад я работал в другом городе, и там тоже было дело с маньяком. Ходил по улицам и убивал людей направо и налево. Его поймали, на камерах засветился, но я к чему. После себя он не оставлял никаких чётких следов. И его найти не смогли. 
- Ты хочешь сказать, что это может быть тот же маньяк? – спросил Виктор Сергеевич. 
- Нет, он сам сдался. Я так и не понял, почему. Просто может это как-то поможет в расследовании. 
- Спасибо за информацию, - выдавил из себя Виктор Сергеевич, прекрасно понимая, что эти знания ему ничем не помогут. 
Он вышел на улицу. Собирался дождь, а следователь как назло не взял с собой зонт. Трижды проклянув синоптиков, он сел в машину и поехал обратно на работу. Его голову посетила неожиданная мысль, что он привык к жизни. Он свыкся со всеми её счастливыми и несчастными сторонами, привык к боли и наслаждению. Его мало что могло удивить, ещё меньше сделать счастливым. Единственной его отрадой была жена, но без неё он становился в некоторой степени бесчувственным. Он мог пошутить, посмеяться, но Виктор Сергеевич не чувствовал в себе никакой искорки, которая бы грела его тяжёлую душу. И сейчас мир становился всё более простым, всё более серым, и пасмурная погода ни капли не помогала. А капли падали на землю, будто весь мир плакал от собственной серости. От дождя спасают дворники, а замешкавшегося дворника от дождя ничего уже не смогло спасти. Виктор Сергеевич был на полпути к цели, когда попал в пробку. С досадой цокнув языком, он ударил по рулю. "Это надолго" - подумал следователь. 
*** 
Танины родители сидели в тишине. Её отец от того, что погрузился в алкогольный сон, а мать от страха остаться одной в доме. Доктор встал, поправил шляпу и сказал Красновой: 
- Думаю, нам стоит переместиться в другую комнату, чтобы не мешать вашему мужу. 
- Зачем? – всё так же испугано спросила она. 
- Я всё ещё не закончил с вопросами. 
Доктор, не дожидаясь согласия, пошёл в гостиную. Там он нашёл странную обстановку. Комната была неимоверно пыльная, будто в ней не убирались месяцами. Однако экран старого телевизора и не самый красивый диван были чистыми. Книжные полки пустели, а книги на них были либо второсортными романами, либо древней эротикой, которые тоже покрылись слоем пыли. Именно эта пыль и выдавала места недавнего пребывания. Доктор заметил, что то тут, то там остались отпечатки рук, будто кто-то что-то искал. Возможно, это была мать Тани, которая искала деньги, но Доктор не мог быть уверенным на сто процентов. За ним, словно собачонка, прибежала Краснова. 
- Садитесь, - сказал Доктор, будто это его дом. 
Мама Тани покорно выполнила приказ, и Доктор продолжил. 
- Я не в том положении, чтобы Вас судить, но что-то подсказывает мне, что Вы не счастливы в браке. 
- О чём Вы? – она нервно усмехнулась. – У меня прекрасная семья, лучший муж и прекрасная дочь. 
Она тараторила эту фразу, будто зазубрила её наизусть. 
- Правда? – недоверчиво произнёс Доктор и его взгляд привлёк альбом на книжном шкафу. – Это очень хорошо. А как у Вас складываются отношения с дочерью? 
- Танечка единственный человек, ради которого я живу! – всё с той же фальшивой улыбкой продолжала она. – Я ей отдаю всё, что только могу. 
- Странно, - ответил Доктор, перелистывая страницы альбома. – А она утверждает, что это неправда. 
Быстро пробежав глазами по альбому, Доктор заметил странную особенность. Фотографии прерываются в день рождения Тани. На это указывала последняя фотография девочки, которая задувает свечи на торте. Рядом с малышкой стоял взрослый гладко выбритый подтянутый мужчина, который был крайне похож на Краснова. Он смотрел на свою дочь и радостно улыбался. Тень прошлого, утонувшая в алкоголе и безумии. Справа от Тани сидела Краснова, которая не сильно изменилась, хоть фотография и была старая. Она сидела с выражением крайнего утомления и безразличия и смотрела куда-то в сторону, видимо, болтая с кем-то за кадром. 
- Просто она ещё маленькая, не понимает, как жизнь устроена. 
- Ну почему же маленькая, - Доктор вытащил фотографию из альбома. – Она уже совершеннолетняя взрослая женщина, которая прекрасно понимает жизнь. 
На обороте фотографии красовалась дата, написанная чёрным маркером: "2.08.2009". Доктор не был удивлён, что фотография настолько старая, всё-таки фотоаппараты перешли в более удобный цифровой формат, но он не видел нигде даже намёка на продолжение. Он был уже готов продолжить задавать вопросы, но Краснова его перебила. 
- Да что она знает! – она снова нервно засмеялась. – Вот пусть сначала замуж выйдет, родит ребёнка, а потом уже думает. 
- У Вас странный менталитет, - Доктор решил зайти с другой стороны. – Думать надо как раз, когда ищешь себе партнёра, особенно, когда хочешь с ним завести серьёзные взрослые отношения. Вы же думали, когда заводили детей? 
Краснова замялась. Доктор уже подозревал что-то неладное, вот только что именно он до сих пор не понял. 
- Ну, у нас это получилось как-то спонтанно. Ну, на что была воля Бога. 
- Вот на этой фотографии, сколько Тане лет? – спросил Доктор, отдавая ей фотографию и перелистывая альбом в самое начало. 
- Не помню уже, - Краснова с максимальным вниманием рассматривала фотографию. – Два или три… 
- Там дата на другой стороне, - подсказал Доктор, на что она отреагировала чистым удивлением. 
- Ах, да, как я могла забыть! – посмеялась она, но перевернув фотографию, всё ещё не смогла назвать точную дату. 
Доктор решил использовать эту паузу и быстро просмотрел фотографии на первых трёх страницах. На каждой из них была весёлая компания молодых парней и девушек, в центре которых всегда красовалась Краснова. На некоторых из них Доктор заметил и отца Тани, только он сидел всегда поодаль, будто не желая находиться в такой обстановке. 
- Три! – спустя две минуты ответила Краснова. – Точно три, мы тогда ещё телевизор купили. 
- А как Вы познакомились с мужем? – Доктор продолжил листать. 
- Ну, как и многие другие, познакомились в институте. Влюбились с первого взгляда! Потом сразу свадьбу сыграли. 
Доктор отвлёкся от рассказа, потому что почувствовал нотки лжи. Тем более доказательства были прямо перед ним. Из ниоткуда фотографии с гулянок перешли в фотографии со свадьбы. Лицо Краснова на каждой фотографии было унылым, лишь на некоторых он натягивал фальшивую улыбку. Мама Тани же постоянно широко улыбалась, её глаза блестели, а рука на каждой фотографии лежала на чуть вспухшем животе. Доктора посетила догадка, но он не знал всей истории. 
- Вы уже были беременны, когда выходили замуж? – перебил он Краснову. 
- Да, - на этот раз честно ответила она. – Я тогда была уже на втором месяце. Мы были так счастливы от этой новости, что сразу побежали в ЗАГС. 
Доктор достал последнюю фотографию с вечерники, на которой была Краснова и фотографию свадьбы и перевернул их. Даты ручкой и маркером показывали удивительно подходящие под истории даты: "7.11.2006" и "14.01.2006". И именно это совпадение заставило Доктора пойти на рисковый шаг. 
- А вот Ваш фотоальбом говорит о другом, - он закрыл альбом и положил его обратно на полочку. – Вы были на вечеринке, залетели неизвестно от кого, а когда подошёл срок нашли козла отпущения. Им и оказался Ваш муж, который изначально невзлюбил дочь, но мирился с этим, до того момента, когда его уволили с работы. Потом он начал Вас с Таней избивать и издеваться. Таню же Вы использовали как повод для замужества, вот только я не пойму, зачем? 
Краснова сидела возмущённая, но при этом ничего не могла возразить. Доктор чувствовал своё превосходство, ожидая чистосердечного признания. 
- Во-первых, - гневно пролепетала Краснова. – Вы не смеете меня судить! Во-вторых, Лёша действительно отец Тани, в этом я уверенна! А в-третьих, чего Вы этим добиваетесь? Вы хотите выставить меня в плохом свете, чтобы Таня от меня сбежала? Что Вам от этого? 
- Я просто пытаюсь помочь, - сказал Доктор. – А если Вы мне сами всё расскажите, может, я смогу переубедить её и спасти Вашу семью. 
Доктор говорил спокойно, каждым словом внушая, что хочет помочь. И, как он и предполагал, это сработало. Краснова перевела взгляд на дверь, будто проверяя, не подслушивает ли кто её, и сказала. 
- Да. Да, я использовала беременность как повод. А что? Мне было уже восемнадцать, а я ещё себе мужика не нашла! Меня три года цепляли парни, получали, что хотели, и кидали на произвол судьбы, а я хотела простого женского счастья! Чтобы были детишки, любимый муж, семья, в конце концов! Ну, подпоила его немного на вечеринке, но он сам предложил! Значит сам этого хотел. И если бы его не сократили, то мы бы жили в мире и согласии. 
- Хорошо, я Вас понял, - Доктор был доволен, что его тактика сработала, но история была поистине мерзкой. – Вот только я не пойму, почему же когда он стал Вас избивать, Вы не подали на развод или не позвонили в полицию? 
- Понимаете, не могу я. – немного виновато ответила она. – Что обо мне люди подумают? Буду брошенка с ребёнком, и кому я такая нужна? Ни мужика не найти, ни на работу нормально не устроиться. Вот если бы Тани не было… 
Краснова резко замолчала, а Доктор внимательно и выразительно посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд поистине загипнотизировал женщину, и она замерла. 
- Поэтому ты не любишь Таню? Ты винишь её в своих проблемах? 
Танина мама молчала, но Доктору не нужны были слова, чтобы понять. Он закрыл глаза, протёр брови, и продолжил. 
- Знаете, я хотел Вам помочь, решить проблему. Но теперь я понял, что Таня не нужна ни Вам, ни вашему мужу. Меня от Вас тошнит, и я очень надеюсь, что Таня поняла, что от Вас нужно бежать без оглядки. Мало того, что вы использовали её в своих грязных целях, так ещё и вините во всех бедах. Вы не достойны ребёнка, как не достойны мужа и счастливой жизни. Сейчас Таня уйдёт из дома, и даже не рассчитывайте, что она вернётся. 
Доктор направился на кухню, оставив Краснову сидеть на диване в полной тишине. Там он увидел, что Танин отец крепко уснул на стуле. Доктор подошёл к нему и потряс за плечо, чтобы тот проснулся. Как только Краснов слегка приоткрыл глаза, он сказал: 
- На твоём месте я бы развёлся. 
Но тот ничего не сказал, лишь отрыгнул и с размаху ударился головой об стол. По его храпу Доктор понял, что с ним разговаривать бесполезно, и направился к Тане в комнату. Дверь была открыта, поэтому он не стал медлить. Внутри он обнаружил Таню, стоящую на подоконнике широко распахнутого окна. Она была уже на самом краю, когда Доктор быстро подбежал к ней, обхватил за талию и втащил в комнату. Она попыталась брыкаться и вырываться, но сил не хватало даже слегка разжать руки Доктора. Она заплакала от бессилия, а грубая хватка Доктора мгновенно превратилась в нежное объятие. Он гладил плачущую Таню по голове, повторяя снова и снова: 
- Тише, тише… ты свободна. 
*** 
Вечером в кабинете Виктор Сергеевич был один. Он только закончил разбирать дела и уже готовился ехать домой. Ему не давал покоя разговор с криминалистом. Логика подсказывала, что маньяка посадили пожизненно и ни при каких обстоятельствах не выпустят на свободу, даже за чистосердечное признание. Но что-то подталкивало его перепроверить. Подумав: "Может, если они похожи, то можно будет разработать тактику поимки", Виктор Сергеевич открыл на служебном компьютере браузер и стал искать информацию об этом деле. На удивление, он действительно быстро нашёл статью. Громкий заголовок "Наш Альберт Фиш" скрывал за собой историю о Григории Константиновиче Франсе, серийном убийце, на счету которого было более ста сорока жертв. Цифры заставили следователя съёжиться, он точно не хотел повторения истории. 
"Григорий Константинович Франс 1993 года рождения был осуждён за убийство ста сорока трёх женщин разного возраста. Своих жертв маньяк отбирал из числа посетителей сайтов для знакомств. Как утверждал сам Франс, большинство из них были легкомысленны в отношениях и были в постоянном поиске новых партнёров". 
Виктору Сергеевичу пришла хорошая мысль, проверить всех жертв маньяка, не были ли они как-то связаны в сети. Поиском зацепок из социальных сетей должен был заниматься Федя, но либо он ничего не нашёл, либо как обычно не сделал свою работу. Следователь вздохнул и продолжил читать. 
"Сдаться властям Франса подвигла, по его словам, усталость. В своём интервью он поясняет: "Мне надоело постоянно скрываться в тени. Я хочу, чтобы все знали, от каких ужасных людей я их избавил". В прошлом Григорий работал сотрудником полиции по центральному округу. День своего увольнения он сопоставляет с началом своих убийств, так как, цитата, "не хотел очернять звание полицейского". Григорий Франс был отправлен в психиатрическую лечебницу, где находится по сей день". 
Следователь не получил достаточной информации, но, как ему казалось, нашёл новый мотив. "Что, если наш маньяк тоже ищет людей, которые ему не нравятся?" Эта мысль одновременно вдохновляла Виктора Сергеевича и одновременно пугала. Ведь тогда маньяка будет очень сложно найти. Размышления прервал телефонный звонок. Виктор Сергеевич достал из кармана телефон, и увидев, что это звонит его жена, с радостью поднял трубку. 
- Привет, милая, - ответил он. – Ты что-то хочешь? 
- Ты когда домой возвращаешься? – спросила она немного взволновано. – Я тебя уже жду. 
Быстро бросив взгляд на часы и увидев, что он торчит на работе лишний час, Виктор Сергеевич молниеносно выключил компьютер и ответил: 
- Уже возвращаюсь, заинька. На работе задержался. 
- Хорошо, - ответила Ангелина Викторовна весёлым тоном. – Тогда я ужин грею, поторопись! 
- Уже бегу, давай, - повесил трубку Виктор Сергеевич и, на ходу надевая пальто, поспешил домой.

3 комментария:

  1. а не Ангелина Викторовна ли тот маньяк? а что, живет под прикрытием серой мышки жены полицейского..уж слишком она положительная!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Маша, наберись терпения!
      То ли ещё будет.
      У меня уже мурашки по коже!
      Я читала немного дальше, но конца не знаю.
      У меня другая версия кто маньяк.
      Ваня это скрывает.
      Сказал, что разгадка будет в день публикации последней главы.
      Опасается, что я проговорюсь.
      Но в книге до последнего не ясно.

      Удалить
  2. о..терпения у меня хоть отбавляй))) я дождусь, дождусь!!!

    ОтветитьУдалить

Хотите вставить в комментарий картинку?
Используйте теги:
[im]ссылка на изображение[/im] - для вставки изображения в исходном размере
[im#]ссылка на изображение[/im] - изображение размещается по ширине страницы